Раздел "Блоги" доступен только зарегистрированным членам клуба "Избранное".

Как участие женщин в политике влияет на количество войн

293

Когда женщин в парламенте становится на 5% больше, вероятность того, что страна будет применять силу в международном конфликте, снижается в пять раз, утверждает профессор политологии Миннесотского университета в Дулуте Мэри Каприоли. С другой стороны, исторические исследования показывают, что государства, которыми управляла королева, чаще воевали (правда, обычно они не нападали, а оборонялись).

Публикуем основные тезисы из материала издания Aeon о том, станет ли в мире меньше войн, если у власти будут женщины.



Связь между женщинами у власти и динамикой войн проследить достаточно сложно просто потому, что большинством государств управляют мужчины, и так было всегда. Тем не менее существуют яркие примеры в истории, когда правительницы не только не завершали вооруженные конфликты, но и сами их развязывали или поддерживали. Например, война на Фолклендских островах, которую вела премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер, помогла ей победить на выборах и переизбраться в 1983 году. Можно вспомнить Лакшми Баи, правительницу индийского княжества Джханси, возглавившую восстание индийских солдат против британской колониальной политики в 1857–1858 годах. Или Эммелин Панкхерст, предводительницу британских суфражисток, которые во время акций часто устраивали голодовки, поджоги или били витрины. В 1914 году она активно выступала за участие Великобритании в Первой мировой войне.

Если же говорить не об отдельных случаях, а об общей картине, то тут в первую очередь стоит учитывать, что правительниц в принципе мало. Так, преподаватель управления и этики в бизнес-школе Колумбийского университета Кэтрин Филлипс изучила лидеров 188 государств с 1950 по 2004 год, и оказалось, что лишь 48 из них были женщинами — меньше 4%. Сюда вошли 18 президентов и 30 премьер-министров. При этом в Эквадоре и на Мадагаскаре женщины пробыли у власти всего по два дня, затем их заменили мужчины. 


Профессор политологии Миннесотского университета в Дулуте Мэри Каприоли насчитала десять военных кризисов XX века, в которых участвовали женщины-лидеры (при этом большая часть из них выпала на долю Голды Меир, премьер-министра Израиля с 1969 по 1974 год). Поэтому современного материала для изучения действительно немного.


Американские исследователи также рассматривали и более раннюю историю на примере 18 европейских государств с 1480 по 1913 год. За это время там сменилось 193 монарха, королевы составили около 18% от этого числа. Ученые установили, что если государством управляла женщина, то вероятность его участия в международном конфликте повышалась на 27%. Причем незамужним королевам чаще приходилось не нападать, а защищать свою территорию: возможно, потому, что их враги считали их более беззащитными.



По словам Каприоли, сегодня женщины-лидеры по-прежнему боятся показаться слабыми, поэтому иногда они принимают избыточные меры в отношении безопасности и защиты. В то же время им приходится бороться со стереотипами, которые активно используют против них их конкуренты мужского пола: например, Яхья Хан, президент Пакистана с 1969 по 1971 год, заявлял, что вел бы себя менее жестко в ходе Индо-пакистанской войны в 1971 году, если бы главой Индии был мужчина. «Если эта женщина [Индира Ганди] думает, что она в силах меня приструнить, то я отказываюсь это терпеть», — заявил он.

Также исследователи выяснили, что женщины чаще сами атаковали чужие земли, если делили власть с супругом, как в случае Изабеллы I и Фердинанда V, вместе правивших королевством Кастилия и Леон с 1474 по 1504 год. Впрочем, и тут были исключения — например, императрица Екатерина Великая, которая взошла на престол после убийства мужа: как отмечают авторы, её военные походы увеличили площадь России на 520 тысяч квадратных километров.

Как показывает общемировая статистика, в 2017 году доля женщин в органах законодательной власти составила 23,3%, что на 6,5% больше, чем в прошлом десятилетии. По словам Каприоли, это достаточно серьезный прогресс, поскольку, когда число женщин в парламенте вырастает на 5%, вероятность того, что страна применит силу в международном конфликте, падает в пять раз.

Ученые отмечают, что благодаря женщинам заключаются более крепкие мирные соглашения. И хотя число женщин, которые участвуют в подобных переговорах, минимально, они могут сильно изменить ситуацию. 

Американская некоммерческая организация Inclusive Security проанализировала 182 мирных соглашения (с 1989 по 2011 год) и пришла к выводу, что если за стол переговоров приглашались женщины, то вероятность соблюдения договора на протяжении как минимум 15 лет вырастала на 35%.

Несмотря на представления о том, что женщины якобы должны быть более мягкими и уступчивыми, чем мужчины, их действия часто свидетельствуют об обратном. Так, в 2003 году либерийская активистка-миротворец Лейма Гбови организовала движение за мир: тысячи мусульманок и христианок выходили на пикеты, молитвы и голодовки, которые в итоге помогли положить конец гражданской войне, длившейся 14 лет. 

В 2011 году Гбови присудили Нобелевскую премию мира. Можно вспомнить и израильское движение «Женщины борются за мир», которое проводит акции протеста, чтобы подтолкнуть правительство к работе над завершением конфликта с Палестиной.

Как отмечает Каприоли, природная миролюбивость женщин — это стереотип. Однако пока им приходится бороться в первую очередь с представлениями о том, что они слабые и пассивные, — независимо от того, организуют ли они мирные протесты или участвуют в войне.

Из: T&P
293
Получайте новые материалы по эл. почте:
Подпишитесь на наши группы