Раздел "Блоги" доступен только зарегистрированным членам клуба "Избранное".

Дина Верни: одесская муза Аристида Майоля

Поделиться
Дина Верни: одесская муза Аристида Майоля

Когда Дина Верни впервые переступила порог мастерской прославленного Аристида Майоля, ей едва исполнилось 15 лет. Знаменитому скульптору было 72 и его уже много лет мучила творческая депрессия. Дина стала музой Аристида Майоля и его верным другом в последнее десятилетие жизни мэтра.

Анри Матисс и Пьер Боннар, хорошо знавшие Майоля, объясняют вдохновение, с которым он творил в эти годы, именно присутствием в его жизни Дины Верни. Мгновенно очарованный необычной красотой девушки, Майоль предложил ей оплату 10 франков за сеанс — огромные деньги для бедной семьи музыкантов, эмигрировавших из нищей и голодной Одессы в Париж.

И без того ревнивая Мадам Майоль была в ярости: какая-то нахалка из России заполнила всю жизнь мужа.


Какими были их отношения на самом деле, мы не знаем, вряд ли уже узнаем — да и не очень-то это и важно. Достоверно известно одно — Дина стремительно ворвалась в жизнь Майоля и стала для него музой, подругой, дочерью, близким человеком — всем.

— Ты похожа не на русскую, Диди, а на каталонскую крестьянку, девушек твоего типа было много в моем родном городке, — сказал ей как-то Майоль.

— Но я еврейка, а не русская, — с вызовом ответила она.

Она и правда была похожа на пышущую здоровьем деревенскую простушку, а позже — на настоящую одесскую тетушку. Её красота заключалась в спокойной естественной уверенности настоящей женщины в сочетании с тем, что современный автор назвал бы «безбашенностью», а писатель начала ХIХ века — отвагой и «внутренней силы печатью» на лице.

Кстати, родители совершенно не возражали против чтобы Дина позировала Майолю; собственно, знакомство состоялось через приятеля отца Дины — архитектора Жана-Клода Донделя. Тот однажды заметил Майолю, что знает девушку, странным образом похожую на тех женщин, которых Майоль писал и лепил, — мол, это совершенно его тип, только лучше, потому что она совсем юная и находится в поре своего цветения.



Дина Айбиндер родилась 25 января 1919 года в еврейской семье, в Кишиневе.
В 1925 году семья переехала в Париж.

Отец Дины — Яков Айбиндер — и сам был человеком творческим и мечтал сделаться своим в кругах парижской богемы. Впрочем, дела его шли не блестяще: семья Айбиндер эмигрировала во Францию всего восемь лет назад — в 1926 году они приехали сюда с шестилетней дочерью Диной из нищей и голодной Одессы. Только-только у пианиста Якова Айбиндера наметились первые успехи, как пришлось уносить ноги — вдобавок к полунищенскому существованию начались еврейские погромы, он боялся за свою семью. В Париже Яков сумел устроиться тапером немого кино, и на том спасибо; жена давала частные уроки музыки, так что на скромную жизнь хватало.

Поэтому отец Дины с удовольствием ухватился за такую возможность: Яков рассудил, что если Дина станет позировать признанному во Франции скульптору, то сумеет по крайней мере войти в круг известных и приличных людей, завязать связи, которые ей потом пригодятся. Возможно, если бы Майолю было бы 50-60 лет, он бы не был так спокоен, что его дочь позирует обнажённой, а в этой ситуации он ничего предосудительного не нашёл.

Дина, между тем, была моделью от Бога, такой, о которой художник может только мечтать. Говорят, Майоль придав ей нужную позу замирал и подолгу сидел неподвижно, любуясь созданным шедевром. Скульптуры, изображающие её, и сегодня украшают сад Тюильри.



В 1939 году Майоль укрылся от ужасов подступающей Второй мировой войны в своем доме на юге Франции, у подножия Восточных Пиренеев. Дина, принимавшая активное участие во французском Сопротивлении, в это же время начала сотрудничать с группой американского журналиста Вэриана Фрая, который помогал беженцам перебираться из оккупированной Франции в Испанию.


В годы второй мировой Дина помогала беженцам из оккупированной Франции проходить испанскую границу. Без ведома Майоля Дина выступала проводником, что было вдвойне опасно, поскольку сама она была еврейкой.


Отец Дины был в числе погибших в Освенциме.

В конце концов её всё-таки задержала французская полиция. Правда, в первый раз её освободили — времена еще можно было назвать условно демократичными, и нанятый Майолем адвокат смог доказать в суде невиновность подзащитной.



Куда опаснее стал следующий арест — Дина попала в гестапо. В заключении она провела шесть длинных и мучительных месяцев. Её отпустили лишь после обращения Майоля к тому самому Брекеру. Обвинений хватало: еврейка, подпольщица... Это означало, что перед тем как отправить её в концлагерь, где уже погибли родители Дины, её будут пытать и допрашивать.

Напугал ли её арест, сломал ли? Ничего подобного — после освобождения она еще несколько дней разносила по адресам родных записки других заключенных.


1944 год стал для нее трагическим. В автокатастрофе погиб Майоль. Все свое имущество, в том числе, творчество и права на него он завещал своей верной музе и помощнице. С того дня целью своей жизни Дина сделала создание в Париже музея Аристида. Это удалось ей лишь в 1995 году, когда самой Верни исполнилось 76. На открытии присутствовал президент Франции Жак Ширак.

Музей был открыт по её собственной инициативе: год за годом Дина скупала квартиру за квартирой в доме на улице Гренель. Для этого ей даже пришлось продать часть своей коллекции антикварных кукол, лучшей коллекции в мире. Одна только игрушка-автомат «Клоун в маске» ушла за полтора миллиона франков.


Догадывался ли Майоль, что из его музы получится такая прекрасная бизнес-леди? А вот отец Дины, Яков Айбиндер, вероятно, догадывался, поддерживая знакомство 15-летней девочки и 72-летнего прославленного скульптора.


Не жди меня мама...

В 1959 году Верни приехала в СССР. Она познакомилась и подружилась с Ильей Кабаковым, Эрнстом Неизвестным, Михаилом Шемякиным, Оскаром Рабином, Владимиром Янкилевским и другими художниками-нонконформистами.

С того самого мгновенья помощь в продвижении русского искусства на Западе стала главным делом её жизни. Домой она увезла несколько песен о жизни заключенных в ГУЛАГе. Тексты выучила наизусть. Она знала: на таможне непременно обыщут и с таким багажом не выпустят. Во Франции Дина выпустила пластинку, на долгие десятилетия сделавшую ее персоной нон грата в Союзе и культовой фигурой для интеллигенции Москвы и Парижа.



Песня «Не жди меня, мама...» хорошо известна нам в исполнении Юрия Никулина в фильме «Операция „Ы“ и другие приключения Шурика». Удивительным и невероятным кажется тот факт, что лирическую составляющую тюремного фольклора тоньше всех смогла почувствовать и выразить благополучная парижанка, говорившая по-русски с заметным акцентом...

В жизни Верни было немало мужчин, однако каждый из них знал, что главным навсегда останется великий и бессмертный Аристид Майоль. Дина вышла замуж за скульптора Жана Лоркена и родила ему двоих сыновей. Однако с ее неугомонным характером не смогли смириться ни второй муж, ни третий — барон Дюпольд. Увы, она не была создана для семейной жизни.

Дина Верни умерла 20 января 2009 года, не дожив нескольких месяцев до своего девяностолетия. Ее окружение утверждало, что её последними словами были слова: «Я ухожу к Майолю».

Из: СabLook, 7days, Peoples

Поделиться
Понравился материал?
Подпишитесь на нашу рассылку!
Подписывайтесь на нас в соцсетях –
читайте наши лучшие
материалы каждый день!