Раздел "Блоги" доступен только зарегистрированным членам клуба "Избранное".

Эльза Триоле, французская сестра Лили Брик

Поделиться
Эльза Триоле, французская сестра Лили Брик


Ты подняла меня, как камешек на пляже,
Бессмысленный предмет, к чему — никто не скажет.
Как водоросль на морском прибое,
Что, изломав, земле вернуло море,
Как за окном туман, что просит о приюте,
Как беспорядок в утренней каюте,
Объедки после пира в час рассвета,
С подножки пассажир, что без билета.
Ручей, что с поля зря увел плохой хозяин,
Как звери в свете фар, ударившем в глаза им,
Как сторожа ночные утром хмурым,
Как бесконечный сон в тяжелом мраке тюрем,
Смятенье птицы, бьющейся о стены,
След от кольца на пальце в день измены...


Эти строки написал французский поэт Луи Арагон своей жене Эльзе Триоле в 1956 году. К тому моменту Эльзе шестьдесят лет, из которых двадцать восемь лет она прожила вместе с «Арагошей», как она его называла, а все предыдущие годы можно без преувеличения назвать ее дорогой к Арагону — к тому, чтобы стать его спутницей жизни и музой.

...Эля Каган, младшая дочка адвоката, специалиста по еврейским делам и авторским правам, родилась в 1896 году. Семья была интеллигентная; дома музицировали, обсуждали новые книги, посещали театры. Мать прекрасно играла на рояле. Дом гостеприимный, открытый. Девочки росли в нежной, тепличной атмосфере.

triole-1.jpg

Эля Каган


Старшая сестра Эли — Лиля была очаровательна, за ней ухаживали, ей поклонялись, ее как-то сразу заприметили мужчины. Все это происходило на глазах Эли, которая была еще девчонкой. И младшая тоже не осталась равнодушной к мужскому полу.

17-летней гимназисткой Эля познакомилась с Владимиром Маяковским, у них завязался роман. Но когда Маяковский увидел старшую Лилю, которая к тому моменту уже была замужем за Осипом Бриком, он забыл обо всем.


Что испытывала в это время Эля? Вот что она писала в своей автобиографической повести «Земляничка»:

«Я очень повзрослела за это лето. Ушел мой шестнадцатый год — говорят, самый лучший. Смотрю я, у всех есть пара, только у меня ее нет. Я никому не нужна и даже в большой компании всегда бываю одна!!!»

На самом деле это не так. Ухажеров немало, но они не заинтересовывают девушку. Но в страшный 1918 год Эля знакомится с сотрудником французской миссии Андре Триоле. Аполитичный, богатый, элегантно одетый, любитель женщин и лошадей, он быстро понял, что комфортно жить в охваченной ненавистью и огнем стране не удастся. И здесь ему подворачивается молодая хорошенькая барышня. Он делает ей предложение — выйти за него замуж и уехать. Она отвечает согласием. Молодожены уехали из России, но не в Европу, а на далекий экзотический остров Таити, где некоторые старые люди еще помнили Поля Гогена.

Оттуда Эля — точнее, уже Эльза регулярно пишет в Россию и, в частности, одному из своих бывших ухажеров-отказников Виктору Шкловскому. Эти письма живо рисуют пейзажи, нравы и жизнь тропического острова. Одно из ее писем Шкловский показал Алексею Максимовичу Горькому. Тот отметил, что автор обладает литературным стилем и наблюдательностью. И посоветовал, чтобы Эльза написала книгу.

triole-2.jpg

Эльза Триоле после замужества. Париж, 1925 год


Ее первая книга-роман «На Таити» была издана в России в 20-х годах. Однако семейная жизнь не заладилась. Муж относится прохладно к молодой жене, не интересуется ничем, кроме скачек и лошадей. Он заводит романы налево и направо. И после года жизни с ним Эльза разрывает этот брак. Андре Триоле, сын богатых родителей, оказывается добрым человеком и отваливает бывшей жене приличную сумму, чтобы ей было некоторое время на что жить. Она перебирается в Лондон, под мамино крылышко — Елена Юрьевна Каган работала тогда в советской торговой фирме «Аркос». Потом Эльза оседает в Париже.

triole-3.jpg

Портрет Эльзы Триоле работы Анри Матисса. Ноябрь 1946 г.


Париж 20-х годов был наводнен русскими. В кино, живописи, в литературе, балете мелькало множество русских имен. Выходцы из России вели богемный образ жизни, ютились в мансардах, без денег. Роль монпарнасских кафе в судьбе русской эмиграции огромна. Здесь встречались писатели, художники, поэты, обсуждали новости, ждали падения большевистского режима, работали.

Эльза влилась в этот мир, но она не удовлетворена той жизнью, которую ведет. В «Незваных гостях» она пишет о «...несчастьи людей, которые живут не там, где они родились... не иметь корней... быть срезанным растением... это всегда заведомо подозрительно, как татуировка на теле человека, у которого неприятности с полицией».
Случайные любовные связи, которые, вероятно, были у нее, как у любой молодой женщины, не удовлетворяли ее честолюбия. Книжки ее, изданные в Москве, большого успеха не имели.

И тут наконец происходит событие, которое предопределило всю ее дальнейшую жизнь: в кафе «Куполь» она увидела Луи Арагона, молодого, красивого, элегантного.


Арагон в это время был опален неудачной любовью. У него был роман с Нанси Кюнар, дочерью богатейшего человека. Арагон ездил за ней по всему свету. Нанси сорила деньгами, прожигала жизнь, кутила. И в конечном итоге предпочла Арагону какого-то негритянского джазиста. Именно в этот момент он встречается с Эльзой. Эльза навела о нем справки и узнала, что он — незаконный сын французского аристократа и уже довольно известный поэт-сюрреалист. В следующий раз она увидела его в кафе «Клозери де Лила». И здесь произошло знакомство.

triole-4.jpg

Так выглядел к моменту встречи с Эльзой молодой французский поэт Луи Арагон


Эльза всегда говорила: «Я хочу выйти замуж за француза, поэта и красавца». Таковы были ее девичьи мечты.

Арагон был поэтом, правда, он не был еще знаменит, но уже написал несколько значительных произведений. Он был очень красив и был французом. Конечно, человеком, которого она любила больше всех, был Маяковский. И, потеряв его, она эмигрировала. Но это не помешало ей полюбить Арагона и любить его до самой смерти.

Арагон в молодости вел довольно беспорядочную жизнь: богема, вино, много женщин. А Эльза прекрасно представляла, что такое работа и дисциплина. Она ввела эти понятия в жизнь их семьи. Это оказалось очень трудно, особенно вначале. Они часто были на грани развода. Но многие друзья Арагона впоследствии говорили, что без Эльзы он покончил бы жизнь самоубийством, как многие другие сюрреалисты - и как Маяковский.


Арагон не сразу начал писать любовную лирику жене. Роман начался в двадцать восьмом году, а писать стихи, посвященные Эльзе, он начал в сороковом. Во время войны родилась поэма «Глаза Эльзы». А в 1956-м, в поэме «Неоконченный роман», появились строчки, вынесенные в начало этой статьи.

Эльза и Арагон жили очень бедно в первые годы своей жизни. Те несколько произведений Арагона, которые были опубликованы, не могли принести много денег. Чтобы несколько облегчить положение семьи, Эльза изготовляла свои знаменитые бусы. Теперь их можно увидеть в некоторых музеях. Эти бусы пользовались успехом. Архитектор по образованию, Эльза прекрасно рисовала и обладала тонким вкусом. Самое забавное, что продавать бусы ходил Арагон, к тому времени уже довольно известный писатель. Рано утром он выходил из дома и нес эти бусы оптовикам в бутики высокой моды, где все его презирали и называли «Триоле».

Еще за год до знакомства с Эльзой Арагон стал коммунистом. В 1932-м он вышел из группы сюрреалистов и, полностью посвятив себя компартии, уезжает на год в Москву, чтобы работать в Коминтерне.


Тем временем Эльза, посвятившая десять лет совершенствованию своего французского языка, втайне от мужа пыталась писать по-французски. Когда она показала Арагону рукопись своей первой книги на французском — сборник рассказов «Добрый вечер, Тереза», он был восхищен.

В 1939 году началась война. Немецкие войска вторглись во Францию. Арагона на следующий же день призвали в армию. Он сразу попросился на фронт и попал в танковую дивизию. За Эльзой следили шпики, в их квартире проводились обыски. Арагон отступал вместе с дивизией, через Дюнкерк попал в Англию, потом через Брест вернулся на французский берег.

В конце июня 1940 года Эльза и Арагон буквально чудом нашли друг друга в так называемой Zone libre (свободной зоне). То есть в той части Франции, которая не была оккупирована фашистами.

На нелегальное положение они перешли в ноябре 42-го, когда итальянские фашистские войска оккупировали Ниццу. Арагонов переправили через демаркационную линию. Тут их схватили немцы и посадили. Конечно, им очень повезло — немцы их не опознали: ведь Эльза — еврейка, а Арагон — коммунист. Но Эльзу и Арагона продержали десять дней как бы для острастки. Потом выпустили. Движение Сопротивления подыскало им домик в деревне, откуда они два-три раза в месяц выезжали в Париж, Лион, в другие города. Арагон выпускал нелегальную газету «Les Etoiles» и основал подпольное издательство «Французская библиотека». Эльза помогала Арагону и написала несколько книг. Военное время стало для нее мощной писательской школой. Она выпустила сборник рассказов «Тысяча сожалений», роман «Конь белый» и повесть «Авиньонские любовники». В самом конце войны вышел еще один сборник новелл, озаглавленный: «За порчу сукна — штраф двести франков». Эта фраза, взятая из объявлений, висевших во французских бильярдных, служила паролем для соратников де Голля. Произнесенная по радио, она означала, что высадка союзников началась, и голлисты должны переходить к активным выступлениям.

Вот что Эльза сообщала в письме сестре:
«Если б не писанье, я бы, кажется, руки на себя наложила, так временами бывало трудно и тяжело. Я очень пристрастилась к этому делу, оно заменяет мне друзей, молодость и много чего другого, чего не хватает в жизни... Арагоша стал совсем знаменитым, за эти годы вышло два романа и несколько томов стихов (легально и нелегально). Партизаны его чтут и любят, только его стихи и читают, публика своя и чужая принимает, как принимали Володю. Пишет он все лучше и лучше... »

Жили голодно, вылазки из деревни были опасными, но больше Арагоны в руки фашистам не попадались. Они вернулись в освобожденный Париж 25 сентября 1944 года. За годы, что их не было, дома, несколько обысков провели гестаповцы, да и французская полиция тоже наведывалась регулярно. Дом был разгромлен, но они были счастливы, что кончается война, что они снова дома.

А 3 июля 1945 года Эльза получила Гонкуровскую премию за книгу «За порчу сукна — штраф двести франков». Это было полное безоговорочное признание ее как французской писательницы.

triole-5.jpg

Началась мирная жизнь. Случались и поездки в Москву. Сестры наконец получили возможность видеться. Эльза живет активной литературной жизнью. Сочиняет прозу на французском, переводит с русского, участвует в написании сценария для постановки совместного фильма «Нормандия — Неман».

Но на этом испытания четы Арагонов не закончились. Уже в 1950-х супругам предстояло пережить жестокое разочарование в коммунистических идеях. Сначала этому способствовало «дело врачей», потом разоблачение злодеяний Сталина в 1956-м...

Эльза писала сестре: «...мы не были фальшивомонетчиками, но мы, сами того не подозревая, распространяли фальшивые монеты...»

В те годы Арагон начинает критиковать советские порядки. И хотя он до самой смерти остается коммунистом, он протестовал против преследований Шостаковича, Солженицына, после его визита к Брежневу был освобожден режиссер Параджанов.

triole-6.jpg

Эльза Триоле и Луи Арагон на своей любимой мельнице в Сент-Арну-ан-Ивелин


Когда Арагон резко осудил советское вторжение в Чехословакию, он понимал, что в Советском Союзе у него заложники — Лиля Брик и ее муж Василий Абгарович Катанян. Но Лиля Брик написала Арагону, развязывая тем самым ему руки:

«Арагошенька! Прошу тебя совсем не думать о нас (мы уже старые), о том, что твои высказывания могут отразиться на нас. Делай ВСЕ так, как ты считаешь нужным. Мы этому будем только рады. Все мы достаточно долго были идиотами. Хватит!.. »
(Письмо от 7 ноября 1968 года)


В 60-х годах в Советском Союзе началась по распоряжению главного идеолога страны Суслова травля Лили Брик. Маяковского «очищали» от еврейского окружения Бриков. В прессе появлялись лживые статьи, фальсифицированные фотографии (с фотографий вытравляли изображения Лили Брик), из сочинений Маяковского убирались посвящения Лиле Брик. Все напоминало известный исторический анекдот про Сталина и Крупскую. Сталин был недоволен самостоятельными высказываниями Надежды Константиновны Крупской и, встретив ее в коридоре, сказал: «Если вы и впредь будете вести себя так же, мы подыщем Ленину другую вдову!» Так и Маяковскому подыскали другую «музу» — Татьяну Яковлеву...

triole-7.jpg

Писательский «тандем»

Эльза умерла в 1970 году. Доказательством того, какую огромную роль она играла в жизни своего мужа является то, что сразу после ее смерти уже 73-летний Арагон... вернулся к тому образу жизни, который он вел во времена своего увлечения сюрреализмом. Он устраивал загулы, в его жизни появились мальчики, к концу жизни он сменил сексуальную ориентацию. Лишенный опоры в лице Эльзы, ужаснувшийся тому, что всю жизнь поддерживал «империю зла», он записал грустные признания в «Вальсе прощания» в 1972 году:

«Конец конца моей жизни. И пусть не напевают мне, как была она великолепна, пусть не полощут меня в лохани моей легенды. Моя жизнь — страшная игра, в которой я проиграл. Я испортил ее с начала до конца».

Над могилой Эльзы Арагон воздвиг памятник, на котором были начертаны ее имя и даты рождения и смерти: «1896–1970». А рядом, на том же камне, было выбито: «Луи Арагон. 1897—...» После смерти его должны были положить рядом с Эльзой. Он приготовил место и для себя. В 1982 году супруги вновь соединились. На их могильной плите высечены слова Эльзы: «Мертвые беззащитны. Но если нас попытаются разлучить после смерти, наши книги придут к нам на помощь».

triole-9.jpg


В статье использованы материалы книги Эльдара Рязанова «Первая встреча — последняя встреча»
Поделиться
Понравился материал?
Подпишитесь на нашу рассылку!
Подписывайтесь на нас в соцсетях –
читайте наши лучшие
материалы каждый день!