Раздел "Блоги" доступен только зарегистрированным членам клуба "Избранное".

Как Блоку не понравились Париж, Брюссель, Брюгге и Амстердам

Поделиться
Как Блоку не понравились Париж, Брюссель, Брюгге и Амстердам Когда дочь химика Менделеева отправлялась со своим мужем, Александром Блоком, в Париж, она и не подозревала, что в путешествии Блок окажется таким занудным нытиком.

С утра до ночи они гуляли, ездили в маленькие городки, купались в океане, жили в старинных домах, и поначалу все у них шло хорошо, но вскоре Блока как подменили: изо дня в день он только и делал, что ныл и писал мамочке, как все вокруг отвратно и какая Франция убогая страна: «Неотъемлемое качество французов (а бретонцев, кажется, по преимуществу) — невылазная грязь, говоря кратко, человек сколько-нибудь брезгливый не согласится поселиться во Франции».

Как назло, именно тогда из Лувра украли Джоконду. Блок немного посокрушался, как ему не повезло, но в музей все-таки сходил.

Резюме: «Потертые диваны, грязные полы и тусклые темные стены... Печальный, заброшенный Лувр — место для того, чтобы приходить плакать и размышлять о том, что бюджет морского и военного министерства растет каждый год, а бюджет Лувра остается прежним уже 60 лет».

Потом Блоку не понравился Брюссель, потом — Брюгге, потом — Амстердам, пока в конце концов его жене, Любови Дмитриевне, не разонравился сам Блок, и она не вернулась в Питер. К сожалению, через пару лет после этой поездки здоровье Блока ухудшилось, и врачи вновь посоветовали ему отдохнуть за границей. Далее без комментариев.

Франция: «Глаза устали смотреть на уродливых мужчин и женщин. В ресторациях подают всякие отбросы с перцем. Да и вообще надо сказать, что мне очень надоела Франция и хочется вернуться в культурную страну — Россию, где меньше блох, почти нет француженок, есть кушанья (хлеб и говядина), питье (чай и вода); кровати (не 15 аршин ширины), умывальники (здесь тазы, из которых никогда нельзя вылить всей воды, вся грязь остается на дне); кроме того — на поганом ведре еще покрышка — и для издевательства над тем, кто хотел бы умыться, это ведро горничные задвигают далеко под стол; чтобы достать его, приходится долго шарить под столом; наконец, ведро выдвигается, покрышка скатывается, и все блохи, которые были утоплены в ведре накануне, выскакивают назад и начинают кусаться».

В Версале: «Все, начиная с пропорций, мне отвратительно в XVIII веке, потому Версаль мне показался даже еще более уродливым, чем Царское Село. Возвращались мы через Булонский лес, который весь вытоптан».

И еще пара слов о Брюгге (из предыдущей поездки): «Брюгге, из которого Роденбах и туристы сделали „северную Венецию“, довольно отчаянная мурья. Лодочник полтора часа таскал меня по каналам. Действительно — каналы, лебеди, средневековое старье, какие-то тысячелетние подсолнухи и бузины по берегам. Повертывая обратно: „А теперь новый вид, не правда ли?“. Но ничего особенно нового: другая бузина, другой подсолнух и другая собака облаивает лодку с берега...».
Поделиться
Понравился материал?
Подпишитесь на нашу рассылку!
Подписывайтесь на нас в соцсетях –
читайте наши лучшие
материалы каждый день!