Раздел "Блоги" доступен только зарегистрированным членам клуба "Избранное".

Самые стильные женщины Серебряного века

Загрузка
3424

«Профессиональных» красавиц вроде балерины Матильды Кшесинской или актрисы Веры Холодной вспоминать не будем — нас интересуют только интеллектуалки, только богема!

Вопрос изучала Софья Багдасарова.

Зинаида Гиппиус

В брюках она не только на своем знаменитом портрете работы Бакста (оцените контраст: черный наряд денди, белое жабо и рыжие кудри), но и на многих фотографиях.


Леон Бакст. Портрет Зинаиды Гиппиус. 1906. Государственная Третьяковская галерея

Действительно — «оса в человеческий рост» по выражению Андрея Белого. Гиппиус, подобно романистке Жорж Санд, любила мужские псевдонимы и мужскую одежду, а в любви порой следовала примеру Сапфо (что не мешало ей полвека прожить в счастливом браке с Дмитрием Мережковским). Курила она папиросы с длинным мундштуком — очень неприлично для дамы! На даче Гиппиус носила штанишки и матросскую блузу, причем соседние дамы и деревенские даже к этому привыкли. Благодаря этому Гиппиус превращалась в настоящего андрогина, что давало дополнительное измерение её стихам.


Зинаида Гиппиус. 1910-е

Себе Гиппиус нравилась безусловно, и этого она не скрывала. Если она носила женские платья, то «собственного» покроя, обтягивавшие тело, как чешуей, либо с какими-то рюшками и оборочками. Критик Сергей Маковский вспоминал, что, когда ей надоела коса, она изобрела «прическу, придававшую ей до смешного взлохмаченный вид: разлетающиеся завитки во все стороны; к тому же было время, когда она красила волосы в рыжий цвет и преувеличенно румянилась». Губы при этом Гиппиус красила ярко — это тоже было неприлично, и рассматривала в лорнет гостей.


Зинаида Гиппиус. 1897


Молодой Есенин впервые явился в её салон в валенках (чтобы запомниться). «Что это у вас за гетры?» — окинула она его надменным взглядом. Эпатаж не прошел — нашла коса на камень.

Наталья Гончарова

Краски, конечно, пачкаются, поэтому художница не особо мудрствовала со своими костюмами. И в этом тоже был свой стиль — сегодня, кстати, весьма актуальный. Однажды Гончарова попросила свою кузину о помощи: надо было к выставке сшить платье из имевшегося красивого отреза. «Не успею», — отказала та. Художница сделала все сама: попросту сложила ткань пополам, проделала вырез для горла и сшила по бокам. Одевалась она и в мужское — но не из-за дендизма, а просто в штанах было удобнее рисовать огромные театральные декорации.

Цветаева вспоминала о ней: «Гончаровой нынче кланяется вся московская и петербургская молодежь. Но самое любопытное — ей подражают не только как художнику, но и внешне. Это она ввела в моду рубашку-платье, черную с белым, синюю с рыжим». Делала она эскизы и для модных домов (предполагают, что даже для модельера Надежды Ламановой).

И наконец, пожалуй, чуть ли не Гончарова изобрела боди-арт: см. в журнале «Аргус» 13-го года манифест футуристов «Почему мы раскрашиваемся», который она подписала вместе с Ларионовым, Зданевичем, Бурлюком и прочими. Гончарова рисовала узоры на лице и выходила так на публику — прогуливалась по Кузнецкому Мосту и Петровке.

Ольга Глебова-Судейкина


Ольга Глебова-Судейкина. Фотография М. Наппельбаума. 1921

Не только актриса, танцовщица и одна из первых русских манекенщиц — но еще и переводчица, художница и скульптор, а также жена художника Сергея Судейкина и предмет нежной дружбы Анны Ахматовой. Она «напоминала цейлонскую бабочку плеском шелков голубых и оранжевых в облаке бледных кисеей». В общем, как ностальгировал композитор Артур Лурье, она выражала собой рафинированную эпоху Петербурга начала ХХ века так же, как мадам Рекамье — время раннего ампира.


Ольга Глебова-Судейкина. 1910

Дизайном нарядов для нее занимался муж-художник, исступленно обожавший ее, «как только может обожать художник женщину», писал режиссер Александр Мгебров. Наряды поражали: однажды на рождественской вечеринке Глебова-Судейкина появилась в платье из бело-розового тюля, расшитого гранатовыми бабочками с жемчужными усиками (в «Бродячей собаке» все были сражены наповал). В другой раз на ней было светло-голубое манто с оторочкой из лебяжьего пуха.


Ольга Глебова-Судейкина. 1910


Актриса Валентина Веригина вспоминала, как известная портниха сказала ей: «На днях у меня была Глебова-Судейкина. Сняла пальто и оказалась в миленьком платьице, которое держалось на английских булавках! Говорят, она одевается по эскизам мужа? Но кто же ей шьет?!»
Кто шил — было тайной. В итоге дамы сошлись на том, что художник, скорее всего, просто на фигуре жены сам сделал драпировку, накалывая на чехол.

Мария Тенишева


Мария Тенишева. 1873

Княгиня, благодаря которой русский модерн прирос народными промыслами, хозяйка «Теремка» в имении Талашкино и художественных мастерских, она не только была меценатом, но и сама занималась искусством (возродила эмальерное ремесло). Любовь к стилю а-ля рюс прослеживается у нее в каждой мелочи: впрочем, еёофициальные портреты маслом весьма аристократичны, не то что фото с русскими костюмами. В вышивальных мастерских Талашкино, где еще сами ткали и красили полотно и нити, делали как раз такие. Впрочем, произведения мастерской не были простым копированием народного — влияние модерна ощущалось явно.
Как пишет княгиня в воспоминаниях: «В местных вышивках встречались только яркие красные, синие и желтые нитки, мы же предложили исполнять узоры в более мягких, гармоничных тонах. Наши цвета им сначала не нравились, они называли их «мутными», но потом вошли во вкус». А эскизы костюмов делали такие художники, как Сергей Малютин. В музее во Флёново до сих пор хранится «русский» костюм Тенишевой из золотой парчи (для выступлений в театре и на концертах).


Мария Тенишева. Портрет работы Ильи Репина. 1896. Квартира-музей И. Бродского

Княгиня была предтечей и творцом подобной моды: в Москве для торговли кустарными изделиями она открыла магазин «Родник». А в 1907 году — показала свое собрание предметов русской старины на выставке в Париже: в четырех залах Лувра выставили шесть тысяч вещей. Экспозиция произвела впечатление: появились вдохновленные ею модные коллекции. «Год спустя я заметила на дамских туалетах явное влияние наших вышивок, наших русских платьев, сарафанов, рубах, головных уборов, зипунов, появилось даже название «блуз рюс» и т. д. На ювелирном деле также отразилось наше русское творчество». Однако до триумфального шествия русского стиля благодаря Сезонам Дягилева и бегству эмигранток-рукодельниц в Париж в 1920-е было еще далеко.

Из: culture.ru

Загрузка
3424
Получайте новые материалы по эл. почте:
Подпишитесь на наши группы