Раздел "Блоги" доступен только зарегистрированным членам клуба "Избранное".

Спасение Эдит Мюльбауэр

151833

21 января 1939 года 17-летняя австрийская девушка Эдит Мюльбауэр получила письмо из небольшого городка в Англии. Это письмо спасло жизнь ей и ее семье.



Эдит Мюльбауэр

Семейство Мюльбауэров вело скромную, но благоустроенную жизнь в Вене, на улице Шуберта. В том районе проживало немало таких же венских евреев — ассимилированных, современных, давно отдалившихся от хасидского старого гетто Леопольдштадта на том берегу Дуная.

Однако 12 марта 1938 года вермахт пересек границу и без единого выстрела оккупировал Австрию. В течение нескольких дней около 70 000 человек, в основном евреев, превратились в отщепенцев и арестантов. Менее чем через месяц первый транспорт с «недочеловеками» отправился в новый концлагерь Дахау, прямо через бывшую австро-немецкую границу около Мюнхена. Еврейские промышленники подверглись бойкоту. Евреев заставили мыть тротуары. Вскоре на Австрию были распространены «нюрнбергские законы», согласно которым евреи были лишены гражданства и права занимать всевозможные должности.

Наконец, наступило 9 ноября 1938 года — Хрустальная ночь — когда все, кроме одной из 42 синагог Вены, были сожжены дотла. Толпы «добровольцев» разгромили и разграбили магазины, принадлежащие евреям. Полиция ответила на это, арестовав 8000 евреев и отправив 5000 из них в Дахау.

Для Мюльбауэров ситуация стала критической. В какой-то момент во время разворачивающейся трагедии Эдит Мюльбауэр вспомнила о своей «знакомой по переписке» из Англии, Мюриэль Робертс. Эдит решила спросить Мюриэль, не может ли она приехать ненадолго пожить у подруги в гостях.
Мюриэль передала это письмо своему отцу, Альфреду, бакалейщику, которому принадлежали два магазина. Тот сказал дочери, что не против. Вскоре и отец Эдит написал письмо Альфреду Робертсу, где описал положение своей семьи.

Маргарет, сестра Мюриэль, позже рассказывала: «Наша семья была очень занята делами нашего бакалейного магазина, и особых капиталов у нас не было. Однако отец очень хотел помочь моей попавшей в беду подруге. Активный член местного клуба Ротари, Альфред зачитал письмо на заседании клуба. Его товарищи решили скинуться на переезд Эдит в Англию, а когда она приедет, сообща поддерживать ее материально, по крайней мере, первое время.

Тут же было послано официальное приглашение для Эдит Мюльбауэр приехать в Англию. Это письмо дало ей право на въездную визу. Эдит тут же написала на своем далеком от совершенства английском: «Я так благодарна Вам! Я никогда в своей жизни не забуду это»... И приписала: «Я хочу привезти Вам, Мюриэль, и Вашей сестре сувениры из Австрии. Какого цвета сумочки вы предпочитаете?»

В конце концов, отстояв все очереди за визами и билетами (из Вены бежали тогда все, кто мог — кроме, естественно, «настоящих германских патриотов»), Эдит Мюльбауэр в конце концов оказалась в Англии в середине апреля 1939 года. В своем багаже она везла две красные сумочки: одну для своей сверстницы Мюриэль, а вторую другая для ее 13-летней сестры Маргарет.

Приезд Эдит, ее рассказы о Европе, об Австрии стал событием в жизни принявшей ее семьи Робертс и всего городка Грантэм. Надо сказать, что в те времена отношение к евреям в Англии было, мягко говоря, не самым толерантным. Большинство англичан верили, что евреи — обладатели всяких отрицательных качеств. В газетных объявлениях о приеме на работу, в рекламах отелей и спортивных клубов часто можно было увидеть приписку: «евреев не берем». Иногда это звучало более обтекаемо: «евреев и цветных просят не беспокоиться». Соответственно и антипатии к нацизму были далеко не так сильны, как позже, после начала войны. В парламенте шла агитация за то, чтобы полностью закрыть иммиграцию евреев из Европы. В 1934-м в том же самом Ротари-клубе выступал профессор Бросс из Ноттингемского университета с лекцией о своей недавней поездке в Германию. Он с умилением описывал то, как немцы в новом Рейхе «хорошо одеты, хорошо питаются... а книга „Майн Кампф“ производит впечатление своей прямотой и искренностью». Позже в том же клубе выступал некий Кэмпбелл, владелец местного кинотеатра. О содержании его лекции легко догадаться по ее названию: «Великий Гитлер». Сэр Освалд Мозли, лидер английских нацистов, примерно в то же время посетил тот же городок Грантэм и собрал там тысячную толпу сторонников.

Однако семья Робертс нацизму не симпатизировала. Глава семьи был человеком глубоко религиозным, постоянным проповедником в методистской церкви Грантхэма и членом городского совета. Дочерей он воспитывал в строгости, но поощрял и разделял их интерес к политике и текущим европейским делам. Отец и дочери посещали библиотеку раз в неделю. Он поощрял даже 13-летнюю Маргарет читать «серьезные» книги, такие как «Ярмарка безумия» Дугласа Рида — рассказ о путешествии автора через Германию и Центральную Европу 1930-х годов, где была представлена яркая картина нацистских гадостей.

По просьбе своего отца Маргарет также читала известное в то время произведение Роберта Брюса-Локхарта «Пушки или масло», в котором он резко критиковал политику «умиротворения».

Наряду с более обычным чтением — консервативной Daily Telegraph и религиозной Methodist Recorder — Робертс также выписывал антифашистский еженедельник Picture Post. Под редакцией венгерского еврейского иммигранта Стефана Лорана журнал подробно рассказывал о преследовании евреев и о нацизме, а также восхвалял Уинстона Черчилля, чья нацеленность на противостояние Гитлеру тогда считались нестандартными для британской политики.

Как впоследствии вспоминала дочь Робертса, он, в отличие от многих консервативных британцев, отказался принять идею о том, что генерала Франсиско Франко следует поддержать в качестве оплота против распространения коммунизма. «Мы знали, диктаторы — зло», — писала она позже. Бывало, она даже вступала в споры с земляками — например, однажды, покупая «fish and chips», она не смолчала, когда один из покупателей похвалил Гитлера за то, что он «вернул немцам самоуважение, а главное — теперь там поезда приходят вовремя». «О, эта всегда спорит», — засмеялся хозяин.

Таким образом, Эдит Мюльбауэр, попав в дом Робертсов, оказалась в очень дружелюбной атмосфере. Но их дом комфортабельностью не отличался. Маргарет вспоминала позже, как они жили в помещении над своей лавкой, «очень тесном ... без современных удобств» — что отражало склонность главы семьи Робертс к пуританству и скромности.
Жизнь семьи вращалась вокруг магазина и церкви. Перед едой полагалось молиться, по воскресеньям девочки посещали часовню до четырех раз, а танцы, игры и вечеринки были запрещены.

«В те дни у нас не было надлежащей ванной», — писала Маргарет о пребывании Эдит Мюльбауэр. «Она привыкла к лучшему...»

По воспоминаниям сестер Робертс, Эдит была «красивой девушкой» с «чудесным гардеробом», свидетельствовавшим о том, что они были «хорошо устроены в Австрии». Вдобавок Эдит вела себя «по-венски»: курила сигареты «Balkan Sobranie», ходила на танцы, флиртовала в местными юношами. Она была «очень изысканной», — вспоминает один из жителей городка.

Прожив в доме Робертсов около двух недель, Эдит переехала в другую квартиру в том же городке. Но глубокую симпатию к семейству Робертс она сохранила навсегда, как и писала в своем письме раньше. "Если бы не они, я не смогла бы выбраться из Вены и погибла бы«,- говорила она. Это не пустые слова: ее родителям тоже удалось бежать, а ее бабушки и дедушки, дяди и тети и их семьи — все погибли в лагерях смерти.
«Знаете, когда слышишь о всяких ужасных вещах, которые случаются не с тобой ...» - писала она... «тем более в Европе, в колыбели цивилизации, впитавшей лучшее, что есть в культуре... Но я вспоминаю, как кто-то сказал: жестокость и культура могут идти вместе. Эти вещи мы не просто читали. Они сами пришли прямо в наш дом».



Маргарет Робертс в возрасте 13 лет

В завершение этой истории стоит сказать о том, что самой известной личностью в ней стала не Эдит и не Мюриэль, а младшая сестра, Маргарет Робертс. Почти 40 лет спустя весь мир узнал её как премьер-министра Великобритании Маргарет Тэтчер.

Из: Историческая Личность в 1 фото

151833
Получайте новые материалы по эл. почте:
Подпишитесь на наши группы