Раздел "Блоги" доступен только зарегистрированным членам клуба "Избранное".

Евгений Евтушенко: «Источник нравственности – культура» (1986)

528
Евгений Евтушенко: «Источник нравственности – культура» (1986) Евгений Александрович Евтушенко (фамилия при рождении — Гангнус, 18 июля 1932 — 1 апреля 2017) — советский и российский поэт. Получил известность также как прозаик, режиссёр, сценарист, публицист и актёр. Текст статьи Евтушенко «Религия как часть культуры» приводится по изданию: Евтушенко Е.А. Политика — привилегия всех. Книга публицистики. — М.: Изд-во АПН, 1990.

Религия как часть культуры

Слишком легко в последнее время считаться интеллигентом. Достаточно университетского ромбика в петличке, и этим ты уже как бы бесспорно культурный человек. Если мы подсчитаем количество людей с высшим образованием, то получится, будто наша страна буквально затоплена интеллигенцией. А так ли это на самом деле? Сколько людей, кончающих вузы, попадают туда вовсе не по любви к той или иной профессии, а потому что «родители так решили», скольким не отказывают благодаря родственному или другому нажиму, снисхождению при вступительных и выпускных экзаменах...

Проблема иная — затопленность страны непрофессионалами.


Непрофессионал-врач при самом незлобивом личном характере — это потенциальный убийца. Но в каком-то смысле любой непрофессионал — убийца . Непрофессионал-писатель — это убийца ни в чем не повинной бумаги, непрофессионал-экономист — это убийца народных денег, непрофессионал-строитель — убийца стройматериалов, непрофессионал-перекраиватель природы — убийца рек и озер, непрофессионал-лектор — убийца нашего с вами времени. Однако узкая профессионализация тоже еще не культура. Можно быть неплохим врачом или неплохим инженером, но если круг их интересов не выше профессиональных, то это всего-навсего технари, а не интеллигенты. Выдающимся гениальным врачом или выдающимся гениальным инженером при общей ограниченности стать нельзя. Только люди высокой разносторонней культуры могут совершать качественные революционные изменения в своей собственной работе и в истории в целом.

Печальные доводы, доказывающие недостаточный уровень культуры, — успех дешевых коммерческих фильмов, низкопробных песенок, душещипательной псевдопоэзии, ловко состряпанных читабельных романов. Истинная культура — это вкус, не позволяющий клюнуть на сомнительного червячка. Такой вкус нельзя искусственно привить.

Истинная культура — это знание опыта, накопленного за все существование человечества. Этот опыт состоит из истории, народной мудрости, философии (включающей в себя знание религии), науки, искусства. Будем честными друг с другом — многие ли из наших дипломированных выпускников пройдут экзамены по этим пяти предметам?


Когда на спектакле «Диктатура совести» в Театре имени Ленинского комсомола, набитом, казалось бы, интеллигентной публикой, актер задавал вопрос в зал: «Кто такой был Андре Марти?» — аудитория, как правило, ответствовала молчанием. А ведь об Андре Марти писал Хемингуэй — вроде бы один из самых читаемых у нас зарубежных писателей. Какое поразительное несоответствие сотен тысяч портретов Хемингуэя в современных квартирах и незнания его творчества. Попробуйте начать цитировать пушкинское «Чем меньше женщину мы любим...» и девяносто процентов наших новоиспеченных интеллигентов, радуясь возможности подтвердить свою причастность к культуре, охотно продолжат «...тем больше нравимся мы ей». А ведь у Пушкина было «...тем легче нравимся мы ей». Гигантские очереди на выставки некоторых отнюдь не бессомненных художников, которые наивной толпе кажутся чуть ли не первооткрывателями, свидетельствуют о незнании первоисточников — начиная от Нестерова и Рериха. Незнание первоисточников приводит к источникам весьма сомнительным.

Истинный верующий не превращает крест в бижутерию. Ставшее модным вываливание крестов поверх рубах или блузок говорит об элементарном непонимании того, что такое распятие, а вовсе не о религиозном фанатизме. Что же опаснее — незнание религии или религиозный фанатизм? А может быть, эти два явления глубоко связаны, только мы не пытаемся в этом разобраться. Когда в пасхальные ночи, чтобы отвлечь молодежь от созерцания крестного хода — ничего не скажешь, красивого и поэтичного, как ни одно из общественных собраний! — наше изобретательное телевидение запускает ночные развлекательные шоу, я вижу в этом только нашу слабость. При всех многочисленных потугах организовать во дворцах бракосочетаний нечто, что своей красотой затмило бы обряд венчания, пока ничего путного не получилось.

Иногда в церквах венчаются или крестят детей вовсе не из-за «религиозного фанатизма», а потому что красиво. Церкви привлекают внутрь множество людей, не только верующих, потому что архитектура покоряет волшебством, а лики святых, написанные народными гениями, более впечатляют, чем каменно застывшие лица на досках почета.

Источник нравственности — культура. Но из исторического опыта нравственности — позитивного и негативного — нельзя выбрасывать религию, ибо ее история неотделима от истории как таковой. Вспомним хотя бы, что во времена Римской империи христианство сыграло безусловно революционную роль: не случайно проводников идей «Не убий!» и «Полюби ближнего, как себя самого!» на клочки разрывали императорские львы. Не будем забывать и о жестокости крестовых походов, о кострах инквизиции, с кровавым лицемерием извративших постулаты христианства. Но разве так было в истории только с одним христианством? Вспомним ГУЛАГ, вспомним геноцид в Камбодже, когда полпотовцы объявили «красный террор» своему собственному народу.

Конституция в нашей стране ясно и четко говорит о свободе вероисповедания. Церковь у нас отделена от государства, и это справедливо. Но нигде в наших законах не записано, что от государства неотделим атеизм. Атеизм — это явление добровольное, а не насильно навязываемое. Атеизм должен быть одним из проявлений свобод нашего общества, как и вероисповедание, но не проявлением насилия. Сейчас наше государство тратит колоссальные деньги на реставрацию церквей, превращенных атеистическим варварством в овощные склады и коровники. Некоторые атеисты защищают свой атеизм скучнейшей догматической риторикой: «Наш атеизм базируется на фундаменте научного мировоззрения, и он так же незыблем, как это мировоззрение». Полемика с любыми догмами несостоятельна, если она ведется при помощи других догм. Именно от таких скучных атеистических лекций молодежь и сбегает посмотреть на крестный ход.

Библия — это великий памятник культуры. До сих пор не понимаю, почему государственное издательство издало Коран, а вот Библию нет. Без знания Библии наша молодежь не может понять многое в Пушкине, Гоголе, Достоевском, Толстом. Весь ранний Маяковский пересыпан библейскими метафорами. Библия стоит в букинистических магазинах и на «черном рынке» огромные деньги. Если атеисты хотят, чтобы все стали атеистами, то как же ими можно стать, не зная Библии? Мировоззрение не должно быть замкнутой в себе философской системой, выросшей на пустом месте. Мировоззрение должно впитать в себя все нравственные поиски человеческой мысли во имя человека, включая то лучшее, что есть в христианской морали. Чтобы общество развивалась, оно должно уметь подытоживать, отфильтровывать, но ничто ценное из опыта мысли нельзя отбрасывать.

Религию, стоящую на службе у социального гнета, справедливо назвали опиумом для народа. Но можем ли мы забывать, что во время войны с фашизмом наша церковь собрала огромные средства для общей победы? Можем ли мы забывать о том, что настоятель Кентерберийского собора Хьюлетт Джонсон был одним из основателей движения за мир? Примитивное деление мира на верующих и атеистов, как на нечистых и чистых, предлагаемое антирелигиозными экстремистами, не выдерживает никакой критики, даже исходя из научного материализма. Один из них, профессор Крывелев, пишет, впадая в алогическую вульгарность: «Нравственность не только не противопоказана атеизму, она ему органически присуща». Значит, быть атеистом — это индульгенция от безнравственности? Если бы все было так! Но, к сожалению, многие так называемые атеисты бывают ворами, залезающими в народный карман, бюрократами, подхалимами, мздоимцами, несунами, политическими хамелеонами и ничем не лучше тех попов, которые обкрадывают простодушных верующих.

Атеизм сам по себе не есть источник нравственности. Источник нравственности — культура. Культура человеческого поведения. Культура совести, не нуждающаяся в научных дипломах. Культура души, даже необразованной, но инстинктивно чувствующей, где правда, а где ложь. Но если инстинктивное правдолюбие сливается с образованностью, то такой источник нравственности не замутить никакими лжетеориями — ни религиозным фанатизмом, ни атеистическим варварством. Не призываю к тому, чтобы биться лбами о церковные плиты. Источник нравственности не может пахнуть только иконным ладаном или архивной пылью. Источник нравственности — прежде всего сама жизнь и сами люди, как многоликий, но единый Бог, состоящий из тех, кто борется за освобождение людей от ложных кумиров.

1986

Из: philologist
528
Получайте новые материалы по эл. почте:
Подпишитесь на наши группы