Раздел "Блоги" доступен только зарегистрированным членам клуба "Избранное".

Любовь королевы

7567
Любовь королевы

Ночью принцессу разбудил топот чьих-то ног и громкий шепот за дверью. Разговаривали трое, в одном из голосов девушка узнала голос матери. В ту же секунду в дверь постучали: «Ваше высочество, вставайте, король умер». Теперь 19-летней Виктории предстояло стать королевой Англии.

Дело государственной важности

Первым делом нужно было решить вопрос с замужеством новоиспеченной королевы. Виктория мало того, что пребывала в полной растерянности, так еще и каждый раз, когда затрагивали эту щекотливую, интимную и в то же время государственно важную тему, она заливалась румянцем и стыдливо опускала глаза.

Впрочем, ее мнения никто и не спрашивал. Мать Виктории и дядя Леопольд давно все решили без нее. Их выбор пал на принца Альберта Саксен-Кобургского. Этим династическим браком они хотели укрепить союз двух стран. И Виктория, без сомнения, должна была пожертвовать собой ради интересов короны.

Узнав о том, что ее судьбу решили без нее, королева пришла в ярость. Но, поразмыслив немного, поняла, что выбор дядюшки не так уж и плох. Виктория вспомнила, что года назад на балу она была представлена принцу Альберту, и что тогда он произвел на нее неизгладимое впечатление. Несколько ночей подряд он снился ей в самых изумительных и волнующих снах. Она припомнила его красивые глаза, мягкую улыбку, строгую выправку...



Виктория в юности

«Интересно, понравится ли мне кузен сейчас, — думала Виктория, засыпая. — Вдруг он за последние 12 месяцев ужасно растолстел или полысел... Это было бы очень не к стати...»

К счастью, ничего этого не произошло. В их вторую встречу принц понравился Виктории еще больше. В первый же вечер после приезда кузена Виктория записала в своем дневнике: «Встреча с ним всколыхнула мои чувства. Как он красив! Его губы завораживают...» А своему дядюшке Леопольду, который всегда учил Викторию сдержанности в проявлении чувств, экстравагантная барышня заявила без обиняков, что нашла Альберта «красивым, любезным и невероятно соблазнительным».

— Так скажи ему, что ты хочешь выйти за него замуж, — рассмеялся дядя.

— Как? Прямо так и сказать?

— Прямо так и скажи.

— Но ведь предложение делает мужчина женщине, а не наоборот.

— Моя дорогая девочка, — вздохнул король Леопольд, — ты не женщина, ты — королева. Не забывай об этом.

— Это будет страшно... — только и смогла вымолвить Виктория.

«Будьте моим мужем»

«Страшный разговор» она хотела приурочить к королевской охоте. Представляла, что подъедет к Альберту и как бы невзначай скажет, что хотела бы видеть его своим мужем и защитником. Но потом поняла, что это как-то несерьезно и недостойно королевы.

После охоты, проклиная в глубине души свою королевскую участь, Виктория пригласила кузена Альберта в свой кабинет. Он молчал и смотрел на нее так, словно не понимал, зачем его сюда позвали. Виктория тоже не знала, с чего начать. «Почему он молчит, почему не хочет мне помочь? — думала она. — Ах да, согласно этикету, он не смеет заговорить со мной первым. А может быть, он хочет избежать этого разговора? Ведь на его лице нет даже тени улыбки... Впрочем, есть только один способ проверить это. Набрав в легкие побольше воздуха, Виктория решительно выпалила:

— Вы, наверное, уже догадались, зачем я вас пригласила? Вы... то есть мы... то есть я буду счастлива, если вы согласитесь стать моим мужем...

Альберт поцеловал руку будущей супруге и сказал спокойно, словно произносил эти слова уже раз тридцать.

— Я недостоин вас, но буду счастлив провести мою жизнь рядом с вами.

Боже, как же обрадовалась этим словам Виктория. Если бы было можно, она бросилась бы на шею Альберту в ту же секунду! Вместо этого она молча поклонилась кузену и вышла из кабинета на ватных ногах. «Я люблю его больше, чем думала», — напишет она в дневнике в тот вечер.



Альберт Саксен-Кобург-Готский

Церемония бракосочетания, как и положено, была пышной, с соблюдением всех традиций и правил многовекового британского этикета. Сразу же после торжества молодые отправились в Виндзорский дворец, где и провели первую брачную ночь.

Альберт, воспитанный в немецкой строгости и сдержанности, вовсе не был страстным любовником. Он выполнил свой долг с торжественным видом, без всякой пылкости... Но молодая жена этого даже не заметила. Утром, едва проснувшись, она написала дяде Леопольду: «Спешу сообщить, что я счастливейшая из женщин, самая счастливая из всех женщин мира. Я действительно думаю, что невозможно быть счастливее меня и даже — столь же счастливой. Мой муж ангел, и я его обожаю...»

Что же касается Альберта, то страсть, которую он разжег в сердце Виктории, удивляла, обескураживала и несколько страшила его. Сам он на такие чувства не то чтобы был не способен. Просто он всегда полагал, что любовь — это нежная забота друг о друге и уважение. А тут такой накал страстей! И хочешь — не хочешь — нужно соответствовать.

Цепи супружества

Виктория действительно любила своего мужа и всякий раз пеклась о его интересах. Ее невероятно огорчал тот факт, что муж королевы не имел права носить титул принца-консорта. А она-то мечтала видеть его не принцем, королем! В вопросе престолонаследия Альберт следовал не за детьми, а за дядями королевы. Виктория не могла сделать его даже опекуном своих собственных детей. «Если после моей смерти мой сын будет совершеннолетним, — рассуждала она, — то он станет опекуном младших братьев и сестер, а не их отец. А если дети не достигнут к тому моменту совершеннолетия, то будет назначен регент».

В то же время Виктория помыкала своим супругом так же, как и всеми другими подданными. Она и только она выбирала для него свиту, решала, где они будут жить, как распланируют свой график. Мнение самого Альберта нисколько ее не интересовало. Лишь однажды он попытался робко возразить ей. «Подумайте о моем положении, — писал он Виктории, — я покинул мою родину, все дорогие мне воспоминания, моих настоящих друзей ради страны, где все мне незнакомо и чуждо: люди, язык, обычаи, образ жизни, мое положение. Кроме вас, мне некому довериться. Но мне даже не разрешают оставить при себе двух-трех людей, которым я доверяю...»

Викторию эти откровения нисколько не тронули. «Я была очень рассержена вашим разочарованием по поводу моего желания самой выбрать для нас дом и очень довольна, что вы, наконец, согласились довериться моему выбору» — писала она в ответ.



Семейная фотография королевы Виктории с мужем и 9 детьми

Вскоре после свадьбы в кабинете Виктории установили второй письменный стол — для Альберта. Она читала и подписывала бумаги, он их промокал. Смущало ли взрослого, умного мужчину такое положение дел? Возможно. Но он с самого начала решил не касаться государственных забот. Его долг, считал он, спрятать собственное «я» и жить только интересами своей жены-королевы. Но мало-помалу Альберт становился ее советником, верным другом, ходячей энциклопедией, а когда нужно и заботливой нянькой. Накануне рождения их первого ребенка Альберт с материнской нежностью ухаживал за Викторией, чем тронул ее до слез. И вместе с тем он умел быть настойчивым и строгим. Когда заболел их первенец, супруги заспорили, какое лечение лучше. Виктория, рассерженная тем, что Альберт с ней не соглашается, в слезах выбежала из комнаты. Тогда он сел за стол и написал жене послание, предупреждая, что гибель ребенка будет на ее совести, если она станет упорствовать в своих рекомендациях. Виктория сдалась, Альберт сам занялся малышкой, и вскоре девочка пошла на поправку.

«Чем тяжелее и крепче цепи супружества, тем лучше, — писал он своему брату. — Супруги должны быть прикованы друг к другу, неразделимы и жить только друг для друга.»

Почти что король

Спустя несколько лет Альберт стал незаменимым помощником в делах королевы. Она называла его теперь «мой драгоценный, мой несравненный Альберт». Встав до восхода солнца, он принимался за работу: писал письма, составлял ответы на запросы министров. И когда Виктория присоединялась к нему, ей оставалось только подписывать подготовленные им бумаги. Она замечала, что Альберт с каждым днем все больше интересуется политикой и государственными делами и прекрасно во всем разбирается. Она же, напротив, теряла интерес к делам.

Он стал почти что королем и многие не без оснований опасались того, что в руках этого «милого ангела» сосредоточено слишком много власти. Но однажды зимой «милый ангел» заболел. Королева, которая и представить себе не могла, что любимый может ее покинуть, не придала этому особого значения. И лишь когда доктор сообщил, что надеяться больше не на что, поняла, что в ее жизни случилось самое страшное.

После кончины Альберта Виктория затворилась в четырех стенах. Она отказывалась принимать участие в публичных церемониях, отошла от дел, что для королевы было непозволительной роскошью. Когда же она вернулась к делам, то решила, что все пожелания, проекты и мысли Альберта будут для нее руководством к действию.

Жизнь продолжалась, как если бы Альберт был жив. Каждый вечер слуга клал на его постель пижаму, каждое утро приносил горячую воду для своего хозяина, ставил свежие цветы в вазы, заводил часы, готовил чистый носовой платок... Поговаривали, что королева стала спириткой, что она «связывается» с Альбертом во время спиритических сеансов.

Как бы то ни было, но в Виндзорском парке до сих пор стоит мавзолей, в котором похоронен Альберт. Королева Виктория, последние сорок нет носившая лишь черное траурное платье, воссоединилась с ним спустя сорок лет.

Дарья Штиль

Из: Оракул

7567
Получайте новые материалы по эл. почте:
Подпишитесь на наши группы